Директор детского дома

Он сидел за массивным столом в своем кабинете, подводя итоги своего последнего школьного года, да и очередного года для него, Николая Тимофеевича, ведь семьдесят лет через месяц, из них он почти пятьдесят отдал педагогике.

И здесь, в ставшим таким родным, детском доме, он работает без малого тридцать пять лет. Он усмехнулся, его сотрудники наверняка думают о кандидатуре ребенка, которого он, согласно своей традиции, обязательно усыновит в сентябре.

Да-да, у него действительно есть традиция, это вам не в бане перед Новым годом пьянствовать, он усыновляет ребенка через каждые пять лет. Почему через пять? Просто второго он усыновил через пять лет после первого. Так и пошло своих трое и шесть приемных.

 

 

– Будет ли седьмой? Конечно, хоть я уже достаточно старый и могут не одобрить мою кандидатуру, но тогда его возьмет дочь Елена.
Она, самая младшая из его детей, родилась тогда, когда у них уже был Борис – первый приемный ребенок.

Борису было всего двенадцать лет, когда он один выжил в страшной аварии, унесшей жизни его родителей и деда, а бабушка не выдержав такого горя, умерла через несколько месяцев после этой трагедии. Когда он впервые появился в детском доме Николай Тимофеевич решил, что ему здесь не место. Умный интеллигентный мальчик с аристократической фамилией Извольский понравился и жене. Ксения Юрьевна с радостью приняла его в семью, хотя он был на год старше их первенцев Павла и Михаила.

Борис сразу поставил им условие, что фамилию он менять не будет, а они и не настаивали. Он был уже взрослый и знал, что значит для человека семья. Он очень хорошо к ним относился, но всегда помнил, что у него были прекрасные родители. Борис оправдал их ожидания, сейчас он в Москве, закончил МГУ, там и преподает.

Доставшиеся ему в наследство две квартиры удалось продать и купить ему в Москве неплохую трёхкомнатную квартиру, в то время это еще можно было сделать. Павел и Михаил, когда учились в университете, жили у него. После того, как они вернулись домой, Борис почти год жил в одиночестве, а потом женился. Он часто приезжает к ним в гости с женой и детьми погодками – мальчиком и девочкой, у которых уже у самих по ребёнку, значит у стариков теперь два правнука. А следом и свои мальчишки подарили родителями четверо внуков и тоже двух правнуков.

Второй ребенок был больным, от него отказались родители. Его уже почти усыновили, но вдруг приёмные родители категорически отказались от него, посчитав, что слишком сложно будет с ребёнком, у которого постоянно болело ухо. Ухо удалось вылечить и Алёша, закончив мединститут, теперь работает отоларингологом, у него семья появилась поздно, когда ему было уже за 30, пока у них только один ребенок – девочка

А их дочь Леночка всегда хотела сестренку, и когда узнала, что родители опять возьмут ребёнка поставила условие:

– Только пусть в этот раз обязательно будет девочка.
Лариса была всего на полгода младше Лены, они сразу подружились, их всегда видели вместе, и учились они вместе в фармацевтическом колледже.

Ларису подбросили к роддому, полиции так и не удалось найти маму, но ей об этом не говорили, просто сказали, что её родители погибли в автокатастрофе, а перед самым окончанием колледжа обе выскочили замуж за близнецов, девочки – самые частые гости у них дома, обе живут в квартирах, им и их детям не хватает почти деревенского простора родительского дома.

До появления четвертого приемного ребенка в семье было трудно, особенно финансово. Работали оба, но Николай Тимофеевич чувствовал, что особенно тяжело было Ксении Юрьевне, которая всю жизнь проработала инженером-технологом на заводе, и на которой было все домашнее хозяйство: уборка, готовка, стирка и масса другой работы. И вот появился четвертый.

Он с первого взгляда стал всеобщим любимчиком. Саша был очень похож на Николая Тимофеевича, такой же рыжий, темпераментный, порой невыдержанный, как и тот в детстве, да и мечта у них была одинаковая: стать клоуном. У первого она не осуществилась, а вот Саша, взявший псевдоним Рыжий Петюня, окончил цирковое училище, а теперь успешно работает в цирке, в южном городе на черноморском побережье, семьи он пока не создал, но они надеются, что и от него дождутся внуков.

А Сашу они нашли сами, вернее он их нашёл. Ему было лет четырнадцать, жил неподалеку от их большого дома. Он уже пытался работать, ведь мать пила, а денег иногда и на хлеб не было. Приходилось искать работу, где придется, ведь официально ему рано было работать.

Он постучался весной в их калитку, и спросил, не надо ли перекапывать огород, а после утвердительного ответа , быстро и со знанием дела выполнил всю порученную ему работу. Ксения Юрьевна, взглянув в его глаза сразу поняла, что парня срочно надо определять в детдом, именно в таком возрасте молодежь сбивается с пути истинного, как она считала.

– А лучше сразу к нам, – вынесла свой вердикт Ксения Юрьевна после того, как Саша вскопал огород, а вместо того, чтобы сидеть и ждать, когда с ним расплатится хозяйка, он наточил тяпку, проверил её на сорной траве возле дома, а когда мальчик увидел, что дети носят дрова в баню, то быстренько помог им.
Оформляли его долго, нужно было сначала мать лишить родительских прав, да еще у них был неплохой домик, поэтому его не усыновили, а взяли над ним, опеку чтобы оставить этот домик за ним. Он был безотказным, общительным и веселым, но учился с трудом – сказалось тяжелое детство, ведь по природе он был смышленым и любознательным парнем.

С Сашиного трудолюбия и началась новая жизнь в их большой дружной семье, сначала он, а по его примеру и другие дети стали активно помогать по хозяйству, потом старшие стали зарабатывать, и жить им стало значительно легче и в плане финансовом, и морально-нравственном, ведь слова о мудром, добром, вечном нужно подкреплять действием. А когда у детей перед глазами появился Саша, то они безоговорочно последовали его примеру.

 

***

Появление в доме Юленьки, так решили назвать её Лена с Ларисой, было неожиданным и трагичным, она почти на год сдвинула привычный срок появления приемного ребенка в семье. В округе знали их семью и первыми, к кому обратилась старушка, нашедшая девочку в своей капустной грядке на огороде, были они.

Дело обстояло так: однажды утром, проходя мимо грядок с капустой, Арина Степановна услышала странный звук, она огляделась, но никого не увидела, она постаралась понять откуда доносится звук, он, как ни странно, шел из грядки, она шагнула в капусту и увидела сверток, а плач младенца уже переходил в истошный крик, бабушка взяла его на руки, отнесла в дом и вызвала скорую.

Девочку забрали в больницу, найти мать не составило труда, но напуганную полуголодную девочку трудно было назвать матерью, ей было неполных 15 лет, изн…вший ее один из собутыльников её алкашки матери уже давно исчез, оставив ребёнку “память о себе”, как сказала непутёвая новоиспеченная бабушка. Цинизм, с которым она, считая очень удачной свою шутку, оставила девочку в капусте, потряс всю округу. Несмотря на то, что рожала девочка дома, с младенцем оказалось всё в порядке. Арина Степановна, пока выясняли отношения с опекой, каким-то чудом успела окрестить девочку, назвав ее, как и хотели девочки, Юлей, а Ксения Юрьевна благодаря “связям” мужа, забрала её из больницы. В этот же день к ним пришла женщина и предложила себя в кормилицы, Арина Степановна, которая у них теперь постоянно находилась, настоятельно советовала принять её предложение:

– Грудное вскармливание пойдет ребенку на пользу, – считала она.
Одним словом до года Юленьку опекал весь микрорайон, каждый считал своим долгом купить или игрушку, или красивую панамку, или принести что-то вкусное.

Когда 15-летнюю девочка, ставшая поневоле мамой, оказалась в детдоме, то всем коллективом решили, что к ней придёт Арина Степановна, которую она знала, ведь они жили по-соседству, и скажет ей, что малышка уме»ла. Это известие она приняла равнодушно, да и как иначе, ведь она сама была ребёнком, причём заброшенным и никому не нужным.

 

 

Николай Тимофеевич просил всех сотрудников окружать её вниманием и ни в коем случае больше не заговаривать о ребенке. Он договорился с психологом и девочку долго водили к нему на лечение, со временем жизнь ее в детском доме стала протекать, как и у всех детей. Когда она выпустилась из детского дома, Николай Тимофеевич проследил,чтобы девочке дали квартиру, так как она с матерью, ныне лишенной родительских прав, раньше жила в съемном доме. Он устроил её на курсы парикмахеров, а недавно она приходила в детский дом и сообщила своей воспитательнице, что вышла замуж.

А Юленька уже перешла в четвёртый класс, она смышленая бойкая девочка, но недавно она пришла домой вся в слезах, на ее горе нашлась среди соседей «злыдня», как сказала Арина Степановна, и рассказала девочке её историю появления на свет.

– Она смеялась и говорила, что меня в капусте нашли, что бабушка у меня алкашка, что и меня такая жизнь ждет.
Арина Степановна не поленилась и походила с девочкой по округе, в надежде выяснить этого “доброжелателя”, она уже предполагала, кто это мог быть, но решила удостовериться. К этой даме пришла потом целая делегация и настоятельно рекомендовала той продать дом и переехать, сказав,что житья ей всё равно не дадут.

– Жестоко, конечно, но иначе она не поймёт, ведь еще молодая и свой ребенок младше Юленьки, – говорила Арина Степановна, но по-другому нельзя. И семья этой женщины продала дом и уехала в другой район.
Николай Тимофеевич вспоминал, как та женщина пришла к ним домой и вместо извинений начала обвинять их в подстрекательстве, хотя они об этой инициативе жителей узнали одними из последних.

– Эта история может послужить хорошим уроком сплетникам и клеветникам, – категорично утверждала Арина Степановна.

Вспоминал Николай Тимофеевич и то, как они боролись всей семьёй за шестого ребенка. О нём они узнали от той же Арины Степановны, защитницы сирых и убогих, как ласково и с легкой иронией называл её Николай Тимофеевич. Женщина была всего на три года старше их, и они быстро подружились после истории с Юлей. Арина Степановна дружила с бабушкой мальчика, поэтому очень хотела их познакомить с ним.

 

Арсений жил с бабушкой, его родители давным-давно бросили их обоих, и бабушка тянула мальчика, как могла. Но он в свои 13 лет всеми силами помогал ей: разносил листовки, красил старушкам заборы, помогал выкапывать картошку. Но однажды бабушка слегла, Арина Степановна каждый день ходила к ним, готовила еду, ухаживала за старушкой, которая была младше ее, добилась, чтобы её положили в больницу, но она так и не поднялась.

Мальчик переживал, старался скрасить бабушкины последние дни, понимая, что скоро он останется совсем один. Арина Степановна как-то привела его к ним показать: перед ними стоял мужичок, в его глазах светилась решимость, уверенность и готовность защищать себя. Видно было, что он не знает зачем его сюда привели. Он спокойно ждал Арину Степановну, которая просила Николая Тимофеевича узнать в полиции о судьбе его родителей, Николай Тимофеевич пообещал помочь.

А мальчик все не выходил у него из головы, в полиции выяснили, что его мать умерла от родов 6 лет назад, об отце ничего не было известно. Арсений, оказывается, был прописан в соседнем регионе, но квартира, где он был прописан уже давно принадлежала другим людям, бабушка ничего об этом не знала, она считала, что у него есть своя квартира, ведь он там был прописан.

В результате выяснилось, что родители давно продали квартиру и у него был только бабушкин домик, где его срочно прописали. Бабушка словно ждала, чтобы внук получил право на ее дом, и через две недели умерла. Они забрали Арсения сразу, и задним числом оформили опеку над ним. Он уже перешел в одиннадцатый класс, учится очень хорошо и мечтает поступить в медицинский университет, он и присмотрел седьмого ребёнка.

Шестилетний Артем появился в детском доме четыре месяца назад. Арсений как-то по поручению Ксении Юрьевны приходил к Николаю Тимофеевичу и увидел мальчика, а дома нашёл свою фотографию и показал ее главе семейства, на фото он был очень похож на малыша.

– Может это мой брат, как его фамилия?
Вот сейчас Николай Тимофеевич и просматривает все документы Артёма, но в сведениях о матери указано, что она умерла при родах и всё, значит необходимо отправить запрос в полицию, они быстрее всё узнают. Конечно они возьмут мальчика в любом случае, но если он действительно брат Арсения, то это будет большое везение для обоих мальчиков.

Перед самым юбилеем пришёл ответ: да, они оказались братьями, их радости не было предела, довольна была и вся семья, ведь это так здорово знать, что маленький человечек получил двойную дозу счастья: стал членом большой семьи и нашёл своего брата.

Отмечали сразу юбилей и проводы на пенсию, в столовой детского дома яблоку негде было упасть, столько было гостей, что повара не справлялись. Но им на помощь пришли младшие члены семьи. Добрых слов в адрес юбиляра было сказано много, но самым трогательным было было выступление Артёма, еще не вступившего в права приемного сына, так как документы еще не были до конца оформлены:

– Николай Тимофеевич, а можно я буду называть вас не дедушка, как раньше, а буду звать вас отцом, а Ксению Юрьевну мамой?
– Артем, мы рады принять тебя в свою семью, и как сына, и как внука. Но выбор за тобой. А еще я надеюсь, что каждый из членов нашей семьи выполнит свое предназначение и создаст свою семью, а кто-то уже и создал, где “Я” будет больше чем семь. Счастья всем, дорогие мои!
Праздник имеет свойство быстро заканчиваться, а жизнь продолжается, и каждый ее день приносит нам радость, беспокойство, удивление, проблему, любовь, обиду, счастье…

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.18MB | MySQL:68 | 0,407sec